vbelenkovich: (Default)
Фиксирую для памяти.

Захват ресторана "Остров" чоповцами доказывает, что власти в гг. Севастополе нет и не предвидится. Исполнительной власти это просто не надо, законодательная в оперативном контуре управления бесполезна, а судебная власть лучше всего описывается эпизодом судебного заседания по случаю точно такого же захвата отделения моей клиники и удерживания дорогостоящего суперсовременного оборудования для отделения экстракорпорального оплодотворения. В судебном заседании на вопрос судьи, какова позиция прокуратуры, которая в судах представляет полицию по искам о неправмерных действиях или бездействии оной, человек, в форме, но совсем не похожий на прокурора ответил - мы посмотрели, ваша честь, там у них хозяйственный спор, так что правильно они взяли в залог имущество. На мой вопрос, что стало с монополией государства на насилие и необходимостью судебного решения для ареста имущества и только силами службы судебных приставов, судья промолчал и мой иск к милиции отклонил.

Ресторан "Остров" не был моим любимым ресторанам, политических взглядов владельца Олега Николаева я совсвем не разделяю, однако же вся история охоты на предпринимателя на мои деньги многолетнего добросовестного налогоплательщика - это мерзость и чистой воды бандитизм.
vbelenkovich: (Default)
В догонку к поэтическому спектаклю мастерской Виктора Рыжакова ака #июльансамбль #Чёстихи.

Как это часто бывает, нашлась подходящая цитата. Не знаю, нужны ли сценическому воплощению поэзии онтологические основания, но они, тем не менее, есть:

"Малоизвестные поэто-ионисты Иннокентий Казаринов и Валерьян Кара-Мурза превращали свои выступления в 1919 году в настоящий цирк: читая стихи, прыгали со стола на стол, жонглируя железными шарами. Все это может показаться нелепым и забавным только малоосведомленным в происхождении стиха людям. Безусловна роль движения ного при возникновении стихотворной метрики вообще. Четное количество слогов в строке есть след маршеподобной ходьбы, а всевозможные экстатические пляски произвели неетные, свободные комбинации слогов. Так было для древних греков, но так же было для заумника Крученых, восхищавшегося радениями хлыстов.Поэзия вышла из топота ног и не желает сегодня продолжать существование без него же. Вероятно потому, что рождается снова. Нога, стопа, ее звук были первоначальной строй единицей всего поэтического здания.Трудноуправляемая, мало расчлененная ритмика топота в силу своей массивности противостоит ритмике рукомаха. В средние века поэты не обходились без хирономии. Если они пели свои стихи, то высоту звука определяли рукой-шпаргалкой; во всяком случае, считать слоги в строке, загибая пальцы, было принято и во времена Ронсара и Дю Белле, так же поступал князь Антиох Кантемир. Если бы все поэты сопровождали свои стихи подбными жестами во время публичных чтений, то стих-перфоманс имел бы тысячелетнюю историю. Для  нас несомненна необходимость проявления скрытых мотивов-причин самому существованию стиха, поэтому мы не заменяем ритмы собственных рук и ног простым колебанием языка во рту.

Писано Сергеем Сигеем, поэтом трансфутуристом в 1985 году. Цитируется по: Фрагменты полной формы. НЛО №16, 1995 г.
vbelenkovich: (Default)
Благая весть, критик Данилкин в моих глазах частично реабилитирован.

В дороге из Москвы прочитал еще два произведения из его старинного списка. Оба вполне годные.

Небольшая повестушка Сергея Синякина "Монах на краю земли" и роман Игоря Сахновского "Человек, который знал все".

Они похожи в том смысле, что оба ни разу никакая не фантастика, а одно единственное фантастическое предположение, которое сделано в каждом, не более фантастично, чем нос майора Ковалева.

Повесть Синякина вообще про Советскую власть, а роман Сахновского про романтический период развития капитализма в России.

Повесть Синякина про героя правдоруба, который не примелет официальной лжи, хотя и очень забавной в этом случае, а роман Сахновского - крепкий авантюрный роман с элементами социальной сатиры. Мне даже почудилось влияние Филипа Дика, несмотря на всю сермяжность, посконность и домотканность сюжета.

Время в дороге пролетело незаметно.
vbelenkovich: (Default)


Любите ли вы Кристофера Мура, как люблю его я? Нет? Не читайте этого отзыва. Разговор будет только для любителей или тех, кто желает ознакомиться.

Это было отложенное обязательное чтение. Мур относится к тем авторам, которых я стремлюсь вычитать "в ноль".

После блистательных трилогий про Бухту Грусти и про вампиров, после тяжелых наездов на Шекспира (Fool и Serpent of Venice), эта книжка была во многом случайной для Мура, по его признанию. Это книжка про французских художников, импрессионистов и постимпрессионистов, жизнью которых Мур совершенно не интересовался, когда просто смотрел на их картины. Потом он прочитал несколько мемуаров и понеслась, он придумал роман о синем цвете, о настоящем синем цвете, об ультрамарине, о ляпис лазури.

Однако, Мур не был бы Муром, если бы каламбуры не начались уже с названия. Sacré Blue следует понимать буквально, как "святая синь", хотя, судя по способу получения этого пигмента в романе ничего святого в этом нет, а напротив сплошная мистика и чертовщина. Тем не менее, Мур и это учел. Не знаю, насколько хорош его французский (все ссылки в послесловии даны на литературу на английском), но даже я с моим рудиментарным французским понимаю. что Sacré Blue! - это французское ругательство, аналогичное английскому Holy Shit! , которое выражает крайнюю степень изумления или восторга и является эвфемизмом к Sacré Dieu, по-русски - "Боже святый!". Через эту антиномию священного предназначения синего цвета и его дьявольского происхождение Мур описывает трагические судьбы художников и выходит далеко за пределы своего обычного зубоскальства. Книжка мне показалась очень проникновенной.

Особенность моего личного восприятия этой книжки лежит в том поколенческом факте, что при советской власти импрессионисты и постимпрессионисты относились к разрешенной зоне западного искусства, во многом благодаря собраниям русских меценатов и коллекционеров, осевшим в столичных и провинциальных музеях. Во время моей молодости импрессионисты были  в активном культурном багаже советского интеллигента и соответствующий альбом был лучшим подарком. С тех пор много воды утекло под мостами Сены, но любовь молодости осталась, тем более, что книжка была выпущена с иллюстрациями и подзабытое уже образы вспоминались прямо в ходе чтения.

Биографии и характеры героев книги выписаны блистательно, с фирменным муровским юмором, гротеском и бурлеском под одной обложкой. Факт от вымысла отличить не так то просто, не случайно Мур потрудился написать послесловие с перечнем важнейших фактов и указанием источников. Горячо рекомендую всем, кто хоть чуть-чуть интересуется живописью.

Несколько слов о переводе. Мои заметки не рекомендуется читать тем, кто никогда в жизни не занимался переводом художественной прозы.

На русском языке книжка вышла в превосходном переводе Макса Немцова. Это главное. Все что я скажу дальше - это частности.

В последнее время стало чуть ли не модно поносить Макса Немцова за его переводы, в том числе не читая или не дочитывая их. Мне эта волна бездумного критиканства крайне неприятна, и я считаю ее крайне вредной, растлевающей читающую публику. Для меня переводы Макса всегда интересны, даже когда я время от времени начинаю бегать по потолку с криками "Нет такого слова в русском зыке"! В этом переводе, который я читал параллельно оригиналу, стратегия переводчика была мне понятна и способ ее реализации я нахожу превосходным. Был даже момент, когда я аплодировал. Приведу его полностью. Главный герой (вымышленный персонаж) Люсьен Лессар и его друг Анри Тулуз-Лотрек беседуют с главной героиней книги, которую зовут Sacré Bleu.

“Who—what, what are you?” said Lucien.

“I am a muse,” said Juliette.

“And you—you? What do you do?”

“I amuse,” she said.”

Понятно, что Мур ради каламбура продаст сережку из ушка любимой бабушки, поэтому он пошел на небольшой семантический подлог. Муза (muse) должна вдохновлять, а не amuse (забавлять, развлекать, изумлять и т.д.). Нет подходящего словарного значения у слова amuse. Затаив дыхание я полез в перевод смотреть, как выкрутится переводчик.

В переводе Макс пошел на исправление этой семантической неточности, пожертвовав словом "муза":

“— Кто… что… что же ты такое? — спросил Люсьен.

— Я душа, — ответила Жюльетт.

— И ты… ты делаешь — что?

— Воодушевляю, — сказала она.”

Тут я кричал: "Браво, няня!".

В советское время в восприятии нами импрессионистов и постимпрессионистов произошел некоторый временный сдвиг, для нас они тогда были чуть ли не современным искусством и мы часто забывали, что весь импрессионизм - это течение последней трети XIX века. Так что, в этом переводе я может быть впервые признаю уместным фирменное пристрастие Макса к архаизмам и диалектизмам. В частности, я вспомнил, что такое "лядвия", узнал, что такое "фантош", "кордиал" и еще несколько реально существующих слов русского языка, которыми редко кто пользуется за пределом специальных текстов.

Чего я, наверное, никогда не приму, так это переводов иноязычных названий. "Красная мельница" на месте "Мулен Руж" еще куда ни шло, "Галетная мельница" вместо "Moulin de la Galette" уже похуже, а вот "Безумства пастушки" на месте "Folies Bergere" - это уже совсем ребус. Тем более, что в искусствоведческой литературе используются оригинальные французские названия в русской транскрипции. Trust me, у меня есть диплом искусствоведа, и я его не в КГБ получал.

Еще одно слово в переводе вызвало у меня протест. Главного негодяя в книжке зовут Colorman (да, именно в такой транскрипции, напоминаю, что книжка написана на американском, а не на английском языке). В переводе он называется Красовщик. Собственно, вариантов тут немного - Красовщик или Красочник. Если бы я переводил (помечтать не вредно), я бы все же выбрал вариант Красочник. Чисто эуфонически. Впрочем, it's probably me.

Во всем остальном перевод мне очень близок.

vbelenkovich: (Default)
А мы вчера с Сонякой вот куда угодили, несмотря на десять уроков в школе.

Спасибо за личное приглашение художнику спектакля Анне Хрусталевой.

Я сам тот еще театрал, хожу в театр примерно раз в пятилетку. Не потому, что мне там неинтересно, а просто однажды заметил, что могу без театра жить, ну и перестал комплексовать из-за того, что редко бываю.

Тут же спектакль необычный. Пьесы в обычном понимании не было, были стихи современных поэтов, много, которые я, славабога, читаю, много, поэтому было интересно посмотреть, как это делают молодые артисты со сцены. И что еще можно делать, когда ты стихи читаешь, кроме того, чтобы заунывно раскачиваться, как еврей на молитве, как я это делаю, когда сам себе читаю вслух (это обязательно, читать стихи "про себя" бессмыслено), или плавно помавая свободной ручкой, когда читаю стихи гостям.

Удивительная вещь обнаружилась. Несмотря на то, что из двадцати указанных в программке поэтов четырнадцать я читаю постоянно, на слух я не смог опознать почти ничего. Я не знаю, кто писал эту пьесу из стихов, кто их монтировал в один поток, вероятно сами режиссеры Александра Николаева и Сергей Сотников, но мне показалось, что каждое из прозвучавших со сцены стихотворений стало другим, больше, чем оно было отдельно на странице, и уже не таким, как часть поэтической книги или цикла самого поэта. Для меня в этом главный результат эксперимента сценической поэзии.

Молодые артисты - мальчики и девочки - рассказывали истории и признавались в разнообразных чувствах не только зрителям, но и друг другу и их реакция на сцене на звучащее слово была очень убедительной. Вот это они и играли - как слушать, когда тебе читают. Зал реагировал очень живо, часто смеялся, но артисты сумели не пережать брутальную часть и не спустились до уровня ржаки. Все было очень в меру.

Визуально спектакль лаконичен, белые кубы, которые постоянно переставлялись по ходу действия, служили универсальными подмостками на сцене. Это было так естественно, что для чтения стихов надо залезть на стул, как в детстве. Очень красивые костюмы, прически и грим у девочек, очень стильные мальчики, все живые и очень обаятельные. Им всем было удобно в своих образах.

Из сценографии мне очень понравилась придумка, когда на авансцену для монолога артисты выходили с фонариком на стойке, который подсвечивал лицо говорящего, это были как-бы световые микрофоны.

Анна вывесила ссылку на рецензию в РБК Стиль на этот спектакль.
Рецензия, действительно, умная, хотя я и не со всем в ней согласен.
Я не думаю, что современную поэзию надо лечить шоколадом. Я вообще не думаю, что ее надо чем-то лечить.
Публику, не читающую стихи, лечить тоже бесполезно, тем более, что тот, кто стихов не читает, вероятно, и в театр ходит не часто.
Я думаю, что этот спектакль не гуманитарная помощь якобы маргинализованной современной поэзии. (Какая маргинальность? Поэты свои стихи в блогах выкладывают, увеличивая свою аудиторию несказанно, по сравнению с тиражами поэтических книг). Я думаю, что это самостоятельное театральное событие, здесь поэзия добавила энергии и топлива театральному действу. Хотя, what do I know.

Очень удачно получилось перед отъездом в крымское уединение захватить кусочек яркого, свежего, талантливого.

Кроме сегодняшнего, еще 8 февраля будет, если кому.
vbelenkovich: (Default)
Нынче ветрено и волны с перехлестом... А, нет, это же римскому, а не американскому, к тому же уже написано до меня.

Мой американский друг, он же друг босоногого детства, прислал мне ссылку на статью, опубликованную на сайте www.politico.com и попросил поделиться соображениями, if any.
Алик, прости, что отвечаю через газету, но таковы уж вековые традиции русско-еврейской соборности. Если серьезно, то мой дневничок ведется только для друзей, поэтому хочется поделиться этими соображениями не только с тобой, если ты не против. Ну, просто, чтобы два раза не вставать, по другой вековой традиции.
Два слова для тех, кто, как и я, впервые услышал об издании Politico.  Я почитал их самоописание и подивился тому, насколько это успешное и профессиональное издание, хотя бизнес-модель вроде бы все та же рекламная. И широта, и глубина впечатляют. Они, конечно, больше про американскую жизнь, но мне всегда казалось, что одной  "New York Times", которую я как минимум просматриваю ежедневно, недостаточно, чтобы понимать, что там, собственно, происходит. Одним словом, я подписался на регулярные рассылки, а советую ли вам, узнаю через некоторое время и сообщу.
Теперь непосредственно о статье. Ее название я понимаю так: "Путин играет в долгую. Во что именно?" (Putin’s Real Long Game). Автор статьи - женщина, которую зовут MOLLY K. MCKEW, и про нее сообщают, что она консультировала Саакашвили и предыдущего молдавского премьер-министра Филата.
Теперь я буду просто фиксировать наблюдения автора и коротко их комментировать, как минимум - согласен/не согласен. Излишне напоминать, что я никакой не политолог и это все мнение обывателя. Кому политологов - это к Шульман с Морозовым.
1. Статья начинается с наблюдения, что борцы с пост-советской тиранией (modern revolutionaries)  больше не чувствуют близости с Западом и вполне в состоянии относиться к нему критически. Я соглашусь, у таких, как я, рассерженных недограждан сложилось устойчивое впечатление, что после победы в холодной войне условный Запад почил на лаврах и в результате крупно облажался с путинской Россией. Кроме этого, автор замечает, что граждане тех стран, которым угрожает российская агрессия (реальная или воображаемая) рассчитывают только на себя, поможет ли им Запад и чем - бог весть. Это тоже понятно с учетом невнятного поведения Запада в отражении российской агрессии в Украине.
2. Тут автор впервые фиксирует, что мировой порядок, как мы его знали, включая роль Америки в нем, больше не существует и заслуга в этом лично дорогого товарища Путина. Соглашусь, особенно с тем, что высылка дипломатов, санкции, угрозы ареста активов - это  все арсенал прошлого века, который бессилен против гибридной информационной войны этого столетия, которую Россия освоила раньше других. Именно поэтому Путин так мило пошутил в ответ на высылку дипломатов-шпионов, набрав еще больше очков у своих подданных, как будто у него еще мало этих очков.
3. Другое меткое замечание с которым невозможно не согласиться, что одна из важнейших целей гибридной войны - это разрушение привычных ценностей, в результате чего вероятный противник перестает отличать хорошее от плохого, правильное от неправильного и теряет способность действовать в своих лучших интересах.

4. Потом впервые на сцене появляется Трамп и автор задает робкий вопрос - может Трамп - это наше все? Он же готов нарушить любые правила, если захочет его левая пятка, тогда может он преодолеет инерцию обамовской внешней политики - по возможности ничего не предпринимать? Так что, одно из двух, Трамп будет и дальше игнорировать угрозы, исходящие от России, либо очнется, вступит в уже идущую войну, и может даже, придумает как в ней победить. Про оценку антипутинского потенциала Трампа - воздержусь, поскольку не следил за приключениями этого перца (или правилно называть его апельсинчиком?).

5. Дальше автор переходит к анализу эволюции российского государства за 25 лет, а особенно за последние 16, при этом он фиксирует, что всего за три месяца после передачи власти от Ельцина Путину (точнее говоря со взрывов жилых домов) сформировалось security state, то есть, в контексте, гебешное государство, которое с изумительной легкостью избавилось от контроля со стороны и политических партий, и репрезентативной демократии (если она и была когда-то). Все правильно, соглашусь, особенно в той части, что гебешное государство приветствовали широкие народные массы и продолжают поддерживать, несмотря на выхолащивание институтов и экономики. Сегодня, констатирует автор, Россия - это лишь чуть-чуть больше, чем отвратительный гибрид раздутого полицейского государства и криминальной сети, причем размер экономики сравним с экономикой Италии. Все так.

6. Да, я вместе с автором скорблю, что мало кто еще сегодня понимает, что путинская Россия не собирается становиться сильнее Америки, она добивается ослабления Америки до приемлемого уровня, поэтому никакая перезагрузка отношений с Россией, что уже прозвучало в речах Трампа, невозможно, потому что не нужна России. Эта слепота тем более удивительно, учитывая, что истинные цели Россия и не скрывала, а охотно публиковала в официальных документах - стратегиях, доктринах и проч. Из этих опубликованных материалов следует, что
а) Война уже вовсю идет, и она не похожа на другие войны.
б) Важную роль играют политические войны, подрывная фактически деятельность против демократических режимов в пользу популистских, националистических и антилиберальных
в) Информационная война - это не пропаганда, это не создание альтернативной реальности, это разрушение способов различения реальностей с применением "активных мер" и "рефлексивного управления"
г) Вместо политики создания блоков реализуется война всех против всех. Украина и Сирия - последовательная реализация таких кризисов.
д) ну, и от военной мощи никто не отказывается, милитаризации России галопирует.
Все это стало возможным, помо, потому что у Путина есть резервы, каких нет ни у кого. Обама не может решиться послать войска, чтобы не потерять даже одного солдата, что обратит против него общественное мнение. Путин может положить столько, сколько захочет, и при этом его будут за это прославлять. Этот ресурс называется "пушечное мясо/лагерная пыль". Я думаю, что санкции вообще по барабану, а контрсанкции вообще не были направлены вовне, это была бомбежка Воронежа, фигурально выражаясь, и очень успешно отбомбились. Показательное уничтожение контрабандных продуктов обернулось оруэловскими пятиминутками ненависти. По этой же причине у Путина неограниченный запас бойцов для гибридных войн, которые никак не защищены и просто не признаются их пославшими в случае чего. Схарчит ог этих бойцов столько, сколько понадобится и заткнет все рты подачкой. Ни у кого нет такого ресурса. Я предполагаю, что это случается со всеми странами, кто практикует тайные операции. Если бойцы невидимого фронта попадаются, их тоже могут не признать, но заткнуть прессу и общественное мнение так, как это может Путин, не может никто, а это огромное преимущество.
Дальше автор анализирует, как они (вы) до этого докатились, тут у меня тоже нет собственного мнения, но анализ был мне интересен и познавателен. Согласен с тем, что отказ сотрудничать с Россией после 9/11 был ключевым фактором перерождения Путина в злобного тролля. Он уже пятнадцать лет доказывает, что не надо было его так обижать.
Важность этого анализа в том, что (я согласен с автором) Путин одержал важнейшую победу на всеми - разрушил прежний мировой порядок. То, который нужен ему относительно недорого создать, придумывать ему альтернативу никто еще даже не начал. так что, одна надежда на Трампа сейчас. Если он облажается, это будет следующая большая победа Путина.
Ну, и концовка, конечно, совершенно блестящий образец журнализма (переведу эту фразу полностью):
Альтернатива в том, чтобы признать, что наша история и наша нация (американские, конечно - БВ), были в действительности не началом лучшего мира, а затянувшейся аномалией в истории темного тиранического мира.
Браво, Молли!

Заключение: Да, я согласен с автором, Путин в долгую играет именно в это - создание нового мирового порядка, при котором важно не доминирование, а успешные диверсии, которые приводят к войне всех против всех - воистину ассиметричный ответ единственной оставшейся супердержаве.
Извини, Алик, что я больше пересказывал статью, чем высказывал соображения, но ты можешь мне задать вопросы по переписке и я постараюсь на них ответить.
vbelenkovich: (Default)
Наткнулся на первое ивритское слово, которое явно заимствовано из древнегреческого - אוֹכלוּסיָה, охлусйа, население.
vbelenkovich: (Default)
В иврите много неправданно торжественных слов, непропорциональных означаемому.

Ну, про мелафефон (מלפפון) все знают, спасибо ПВО.

А есть еще тарнеголет (תרנגולת) - всего лишь курица (питерские! кура  на иврите - оф! (עוף))

Очень торжественно звучит слово грязный - мелухлах (מלוכלך).

А секретарша на иврите - это напоминалка, ну, примерно (מזכירה).

В русском, конечно, тоже есть выхухоль, но на иврите даже у нее двойная фамилия - холед-маим (חולד-מים)
vbelenkovich: (Default)
Мама дорогая, какая же это космическая хуйня! Выбор Данилкина в НФ, мать их всех ети.

Вы понимаете, кто такой Вячеслав Рыбаков? Это такой научный ученый, востоковед- китаевед из СПб филиала Института Востоковедения РАН. Перевел с китайского на русский четыре тома какого-то чрезвычайно важного кодекса эпохи примерно Тан. В 90-х начал публиковать свои художественные сочинения в жанре фантастики и альтернативной истории. "Гравилет "Цесаревич" даже я  прочитал еще давно. Юзефовичи утверждают, что это редкий пример альтернативной истории с бифуркацией на месте ВОСР. Дальше я уже ничего не читал до начала 2000-х, когда обнаружил, что Рыбаков со своим соавтором Алимовым пишут под псевдонимом Хольм ван Зайчик альернативно-исторические детективы с бифуркацией в период татаро-монгольского ига. Я тогда очень любил читать повести о судье Ди и такой наглый наезд на Роберта ван Гулика читать не стал, тем более, что названия произведений были довольно развязные. "Дело незалежных дервишей", my ass. Seriously?

Потом они с этими дервишами угомонились, наконец, и вот в 2007 году Рыбаков выкатывает эту космическую хуйню про звезду Полынь. Почему Данилкин включил это свой выбор в НФ, я не знаю, потому что никакая фантастика в этой космической хуйне не ночевала, а весь космос представлен вполне конкретным Байконуром, который по-прежнему используют, но теперь уже не Роскосмос какой-нить, а загадочная частно-государственная корпорация "Полдень XXI" (нуйопвашуматьжеж, можно стругацкие тени в покое оставить уже, наследники славы хреновы). Корпорация взялась возрождать русский космос в тяжелейших условиях, при сопротивлении своих же чиновниках, которые хочут бабок пилить, в условиях происков всех спецслужб вероятного и невероятного противника, бандитов и просто недоумков журналистов. Беда, прям, приходится всех скупать или спасать or both. Но это бы ладно, шпионский роман еще туды-сюды, хотя шпионы все карикатурно слабые и почти всегда за кадром.

Главная беда в том, что все главные герои, если они не бухают, не ебутся или не убивают друг дружку, постоянно толкают какие-то совершенно мутные речуги о судьбах родных осин и читать это все равно, что читать питерскую перестроечную прессу периода демшизы. При этом они, бляТь, еще про иноверцев до сих пор не выяснили, насколько те срут матушке россии. Самый неприятный тип - это завзятый демократ и либерал, самые героические герои - это, разумеется кгбшники и другие охранники. Если бы не они, пропали бы все другие герои совсем. Слабый Кремль лежит под Вашингтоном, в России орудуют все, кому не лень, воспитывают руссофашистов для достижения своих нихзких целей по украданию секретов.

Можно продолжать еще долго, но можно и резюмировать -- оот така хуйня. Совершенно графоманская писанина.

Если кто читал ван Зайчика, скажите, это такая же пурга или пожиже?
vbelenkovich: (Default)
Я прошу прощения за высокий литературоведческий слог - но как же меня торкнула эта книга.

Я ее купил на прошлой Non/fiction. Подошел к прилавку "Нового издательства" и собрал, все, что увидел. Про Зебальда я ничего не знал и купил только потому, что он был в рекомендательном списке Бори Куприянова, который кто-то опубликовал перед выставкой. Полистал, увидел черно-белые фоточки и решил, что это нон-фикшн и есть, после чего спокойно поставил на полку. В этом году то же "Новое издательство" выпустило вторую книжку Зебальда "Кольца Сатурна" и тоже к выставке, так что ликование критиков и обозревателей я заметил, но тоже не придал большого значения.

Вчера, под воздействием неведомо чего, снял с полки книжку, начал ее читать и прочитал  почти не отрываясь. Это очень необычный текст.

Если вам нужны жанровые определения, то это роман в упаковке мемуара/травелога. Очень спокойное начало от первого лица не предвещает никаких волнений, и даже когда появляется персонаж, имя которого выведено на обложке, тоже нет причин волноваться. Просто рассказ от первого лица становится изложением от первого лица рассказа второго лица - Жака Аустерлица, с которым автор встречается несколько раз на протяжении тридцати лет и во время их встреч тот рассказывает ему историю своей жизни. А история эта, собственно, в том, что герой довольно долго не знает ничего о своем происхождении, даже имени своего не знает. В пятнадцать лет он узнает свое настоящее имя и только много лет спустя, услышав случайную радиопередачу, догадывается, как он оказался в Англии - его пятилетним привезли на поезде вместе с другими детьми из Европы и отдали в семью бездетного валлийского священника. Тут начинается самая трагическая часть повествования героя - поиск своих родителей и повторение путешествия, которое он совершил ребенком. Оказывается, что он из Праги и совсем уж рвет душу на части рассказ о том, что происходило с евреями в Праге и Вене после окупации нацистами. Совсем уже мучителен рассказ про еврейское гетто в Терезине. Тут уже не только у героя книги пробудилась генетическая память, но и у меня. Тут я догадался, что примерно это, наверное, чувствуют афроамериканские негры, когда читают романы Тони Моррисон.

Форма романа тоже довольно необычна. Это сплошной поток текста, который как метроном перемежается словами "сказал Аустерлиц". Иногда, когда рассказ Аустерлица включает рассказ третьего лица, то к этой отбивке добавлется еще одна: "сказал Джеральд, сказал Аустерлиц". Сам рассказ состит из длиннейших фраз, говорят, что самая длинная - на девять страниц. Говорят, также, что роман написан старомодным немецким языком. Мне показалось, что перевод Марии Корнеевой это довольно хорошо передает. Рассказ о больном сознании полон призраков и душевного смятения. Он постоянно перемежается рассуждениями о природе времени и памяти. Времени не существует - приходит к выводу герой, существуют только разные пространства, которые соприкасаются по законам высшей стереометрии, живые и мертывые могут переходить из одного в другое при определенных условиях.

Одним словом - это огромная книга огромного мастера, и если бы Зебальд не погиб в 2001 году, можно было бы ожидать присуждения ему Ноблевской премии.

Мне кажется, что я обязательно буду снова читать эту книгу.
vbelenkovich: (Default)
Продолжаем читательский проект "Все нефантастические романы Филипа Дика".

Я уже докладывал о трех из них: Voices from the Street, Confessions of the Crap Artist и Mary and the Giant. Отзыв о последнем я только что републиковал здесь, обнаружив, что он в свое время (шесть лет уже прошло, ёмаё), не транслировался с ИМХОНЕТа, где я его размещал. Так что, все преамбулы о нефантастических романах великого фантаста повторять не буду, кому не лень, сходите по ссылкам.

Сегодня ночью дочитал четвертый роман из девяти -- Gather yourself together, возможно первый роман, написанный Диком (датировки этого романа и "Голосов с улицы" приблизительные).

При всех литературных несовершенствах этот небольшой роман на 200 страниц все равно был мне интересен. Прежде всего тем, что персонажи романа очевидно списаны с живых, причем известных, людей. Это робинзонада или в терминах американской критики - выживательный роман, каких Дик напишет еще много в фантастических декорациях. Здесь же декорации условно реалистические. 1949 год, китайская революция завершилась победой компартии и большой американский металургический завод эвакуируют из Китая, оставив трех человек для передачи земли со всем, что на ней находится новым хозяевам. Среди этих трех случайно двое оказываются знакомы друг с другом, молодая женщина Барбара и невозможно старый Вернон - под 40, наверное - мужчина, который четыре года назад был первым мужчиной в жизни этой молодой женщины, которой тогда и двадцати не было. Третий - это совсем молодой человек Карл 20 лет отроду, который нанялся на заморский объект, чтобы избежать призыва в армию (Корея?). Биографы пишут, что в фигуре Карла легко угдывается сам автор, с ранней потерей отца, авторитетной фигурой работающей матери, поздней потерей девственности, интересом к философии. Соответственнно, Вернон в романе во многом представляет его многолетнюю ролевую модель Херба Холлиса, его начальника в магазине грампластинок. Барбара похожа на его вторую жену Клео, а Тедди - его первую жену, которую он вытерпел меньше полугода.

Несколько дней три главных героя остаются одни посреди огромного корпоративного владения, за эти несколько коротких дней Барбаре надо разобраться со своим прошлым в лице Вернона и возможным будущим в лице Карла. И то и другое у нее получается довольно неуклюже, но тем не менее, в положенное время, даже раньше, появляются китайцы на грузовиках и велосипедах, вооруженные цитатниками Мао и герои благополучно убывают в неопределннно светлое будущее. Как правильно пишет публикатор романа Дуайт Браун, роман имеет значение скорее как исторический документ, чем как роман. И я того же мнения.
Осталось еще пять нефантастических романов Дика
Если я буду читать по одному хотя бы в полгода, то через два с половиной года миссия будет выполнена.
vbelenkovich: (Default)
Вероятно, мой отзыв на эту книгу может заинтересовать только самых верных поклонников Филипа Дика. Тем не менее, раз уж я это прочитал из хулиганских побуждений, надо написать, что я думаю, из тех же побуждений.
Не секрет, что Филип Дик довольно долго хотел быть просто писателем, а не писателем-фантастом, поэтому упорно писал реалистические романы из американской жизни, которые все, кроме одного, были опубликованы только после его смерти. Удивительно, как долго он это делал – все пятидесятые годы, когда уже пачками публиковались его фантастические рассказы и повести. Всего за это время он написал девять нефантастических романов, которые были опубликованы, и 3 романа, рукописи которых считаются утраченными, хотя известно, что материал из этих неопубликованных романов был использован для более поздних работ.
“Mary and the Giant” ( “Мэри и великан”) – его третий нефантастический роман и первый из тех, что я прочитал. Так случайно получилось. После прочтения я настолько заинтригован этим текстом, что собираюсь прочитать все девять нефантастических романов, после чего можно будет написать обзор. Многие мэйнстримовские писатели за всю жизнь столько не написали, а Филип Дик успел накатать еще 36 фантастических романов и примерно 120 рассказов, за которые его и ценят любители фантастики. Ценят – это мягко сказано. В не таком уж узком кругу поклонников у Филипа Дика статус культового писателя, безумца и провидца.
Сразу скажу, что роман Mary and the Giant при публикации литературно не редактировали. Это видно невооруженным взглядом. Длинноты, мелкие нестыковки сюжета, неровный темп повествования. Уверен, что опытный редактор мог бы значительно улучшить качество этого текста. Однако, для посмертной публикации этого решили не делать, а опубликовать текст как есть. От этого он приобрел статус литературного памятника и курьеза для любителей.
Для меня этот текст оказался демонстрацией могущества культурной матрицы.
Посудите сами, ну что мы знаем об Америке 50-х? Это роман 53 года о 53 годе. Что мы знаем о 53 годе в Америке? (Про СССР в этом году лучше не вспоминать). В Белый Дом только что въехал президент Эйзенхауэр, герой войны, пятизвездный генерал-победитель. В сенате – сенатор Маккарти со всеми вытекающими. Не все знают, что первый победил на выборах во многом благодаря усилиям второго, после чего, в 54-м от него отрекся. Смотри художественный фильм Джорджа Клуни «Good Night, and Good Luck»). 19 июня казнили советских шпионов Джулиуса и Этель Розенбергов (наши через неделю ответили казнью Берии). В этом году впервые церемония награждения премиями Американской Академии (Оскар) была показана по телевидению, а Хью Хефнер выпустил первый номер журнала «Плейбой».
Давайте посмотрим, что было опубликовано в этом году. «Казино Рояль» - первый роман о Д. Бонде. «451 градус по Фаренгейту» Рэя Бредбери. «Поцелуй перед смертью» Айры Левина (в следующем году получил премию за лучший первый роман). Ну, «Джанки» Берроуза. Ну, «Боевой клич» Леона Юриса. Все равно, негусто как-то.
«Над пропастью во ржи» и «Старик и море» уже написаны, а «Лолита» – еще нет.
На этом фоне ранний роман Дика выглядит не совсем беспомощно. Это история двадцатилетней девушки без особых талантов, застывшей в ужасе перед открывшейся ей после окончания школы перспективой жизни в маленьком сонном американском городке в пятидесяти милях от Сан-Франциско. Перспективы, собственно, никакой. Выйти замуж за недалекого парня, который счастлив своей работой на заправке и в толк не может взять, отчего неймется его невесте. Вообще, эта Мэри (Мэри-Анн, на самом деле) – изрядная заноза в заднице для всех, кого она встречает по ходу действия. Она не хочет быть такой, как все, без видимых на то оснований, чем изрядно озадачивает окружающих. Ее поступки постоянно оцениваются как сумасбродство.Ее молодость и привлекательность – единственный капитал, на который она может рассчитывать. Забегая вперед, можно сказать, что «монетизировать» этот капитал так и не удастся. Девушка успокоится браком с приятелем-недотепой, который единственный относился к ней по-человечески все время действия.
История, в принципе, простая, но внутри нее есть две темы, связанные с двумя попытками героини вырваться из привычного круга жизни. Первая тема – это роман с негром-певцом (!?!?!). Вторая – роман со стариком-меломаном. Обе темы для меня оказались очень информирующими.
Иметь негра-любовника в 53 году в Калифорнии оказалось вполне допустимо, хотя даже до официального юридического запрета расовой сегрегации остается еще год, не говоря про фактическую борьбу цветных за гражданские права, которая по сей день не закончилась. Девушка своих отношений ни от кого не скрывала, а ее никто не собирался вываливать в перьях. Вероятно, на глубоком американском юге все было совсем не так, если верить романам Джона Гришема и других певцов юга.
Второй любовник Мэри – 58-летний хозяин магазина грампластинок, который приметил ее в первый же день приезда в этот городок и был очарован настолько, что не смог скрыть своего влечения, когда девушка пришла наниматься к нему в магазин. Филип Дик сам проработал в магазине грампластинок 4 года, непосредственно предшествующих времени написания романа, поэтому бытовые подробности работы в магазине описаны с реалистической точностью, очень трогательной для будущего гения вымысла.
История метаний Мэри между возможностями, которые открывались ей в перспективе отношений с хозяином, и страхами, порожденными сексуальными домогательствами ее отца и усиленные нетерпением престарелого любовника, описаны в лучших традициях русской литературы. Сцена скандала с вызовом полиции свидетельствует о том, что Достоевского к тому времени автор уже прочитал. Как минимум, «Идиота» и/или «Братьев Карамазовых».
Вляд ли, кто-нибудь в здравом уме будет это читать, разве что от большой любви к редкостям и курьезам. Рекомендуется для праздных зевак, интересующихся краями Матрицы.
vbelenkovich: (Default)
Странную книжку я прочитал сегодня ночью (сосвсем спать не мог из-за соплей).

У меня в ойпадике как все устроено - главная читалка это Marvin, вне конкуренции. Когда надо читать параллельно оригинал и перевод, запускаю еще  iBooks, потому что переключиться межу двумя приложениями проще, чем между книжками в одной читалке (это, кстати, нереализованная фича для буйных читателей). Для  pdf-ов, которые еще попадаются, предпочитаю Kybook. А вот читалку Kindle на ойпаде открываю редко, только когда что с Амазона напрямую. Тут ночью шарился, заглянул в Kindle случайно, а у меня там целая стопка книг загружена, о которой я забыл совсем, как раз на случай болезни и загружал. Этот старинный плейлист называется "Выбор Данилкина в НФ", опубликованный давным-давно в Афише, вероятно. Где та Афиша, где тот Данилкин, а книжки - вот они.

Про Дивова я давно слышал и он постоянно в рекомендательных списках, вот и дал ему шанс.

Книжка вышла еще в 2010 году, а написана, видно, еще раньше.

Прочитал без труда, и вот о чем подумал. Как трудно сценировать современную фантастику в современном российском пейзаже. Пейзаж меняется быстрее, чем книжка доходит до читателя. Вот и тут - благостная картинка ветеранов КГБ и бойцов ФСБ, стоящих на страже интересов народародиныпартиипрезидента, как-то совсем стухла, даже со всеми оговорками автора. Ну, и безусловно светлая молодежь наукограда - это тоже архаизм какой-то, в духе рыковских сериалов "Этногенез" (Полина, прости, не смох). Оглянулся вокруг - ни суровых ветеранов, ни светлой молодежи. Все больiе серая слизь (не по Гарросу).

А так рассказка про микророботов вполне складная, можно присуждать премию имени Чубайса
vbelenkovich: (Default)
... папа говорит:

Ты помнишь первого мужа бабушки Софьи Романовны - Пинхуса Магазинера? Нашлись его дети и внуки от второго брака! Когда Софья Романовна сбежала из бродячего еврейского театра с молодым любовником Яшей Ардашниковым, Пинхус Магазинер, который работал директором этого театра, таки снова женился и у него кроме твоих дяди Миши и тети Раи, что ему родила Софья Романовна, родилось еще трое детей, чтобы они все были здоровы. Так вот, в Казахстане нашлась Света Ткаченко - дочка одной из его дочерей, и мама ее до сих пор жива, 84 года. Светину маму отправили в эвакуацию в Казахстан, а потом туда приехали артисты этого театра и сказали, что Пинхуса посадили и расстреляли как врага народа, хотя чей он был шпион, я ума не приложу, но при этом артисты ей сказали - записывайся эстонкой! Потому что Пинхус Мордехаевич Магазинер тоже был записан эстонцем! Я Свету нашел в Скайпе, звонил ей, пробовал говорить с ней по-казахски, но она по-казахски не знает. Я их свел с твоим кузеном Федей Козаченко, который строит генеалогическое дерево нашей семьи, теперь там появится еще одна ветка от Пинхуса.
vbelenkovich: (Default)
Дадагая Шаши-до, пишу тебе, чтобы покаяться прилюдно в том, что я, тупая нелюбопытная скотина (тм), так долго не читал твоего обожаемого "Пакуна". Муся моя уже всю подушку с Пакуном облежала, а я все еще таскал его в ойпаде. Но, аллилуйя, наконец-то я засунул туда нос и высунуть уже не мог, потому что зело ржал до мучительных приступов кашля (это не Пакун, это бронхит). О том, что оригинал такой смешной, ты узнала раньше меня лет на триста, а вот я хочу тебе сказать, что твой перевод тоже очень очень смешной. Над ним я отдельно ржал, хотя первоначально собирался по своей мерзкой привычке только переводческих блох вылавливать.

Честно тебе признаюсь, что я не понимал масштабов миллигановского гения. Размышляя над принятыми тобой переводческими решениями, я много чего почитал, включая мемуар Нормы Фарнес, и постепенно осознал глубину своего невежества. Больше всего меня потрясла история его участия в спектакле по роману "Обломов". Это вообще что-то невероятное. Превратить скучную академическую пстановку в комедию дель артэ прямо по ходу спектакля - это печать гения, конечно. Вообще, бесстрашный и бескомпромиссный.

В твоем переводе я увидел еще огромную любовь к этой прекрасной стране, населенной не менее прекрасными остолопами. Да, мы знаем, что ирландцы не завоюют весь мир, поскольку бог уже дал им виски, но кому нужно воевать, когда есть Спайк Маллиган и все, все, все.

В твоем прекрасном переводе я даже смирился с тем, что в принципе не одобряю - смешной перевод говорящих фамилий. Условно говоря, за то, что Rajput неспровоцированно превратился в Раджпоц, я готов смириться с довольно очевидным О'Блей. Что касается блох, то я наковырял кой-чего, при встрече покажу, как минимум две опечатки надо будет исправить - я верю, что переиздание будет.

Обнимаю! Спасибо тебе за мое выздоровление, которое, благодаря Пакуну сильно приблизилось. Целебную силу смеха еще никто не отменял.

А вам, мальчики и девочки, я говорю, не будьте тупыми и нелюбопытными скотинами (тм), как я, бегите в Додо, покупайте (говорят есть еще) или одалживайте (если не достанется) и читайте, будете ржать как кони, обещаю. В сети пиратского текста нет и я надеюсь не будет, потому что Додо-пресс издает на свои и народные деньги для народа и хор'ом царских еще не нажили с этого дела по очевидным причинам.
vbelenkovich: (Default)
А вот я сейчас вам телегу прогоню, дак не обрадуетесь! Самое время сейчас прогнать, пока я на скорбном ложе. Чуть что, можно откосить - чего в бреду не напишешь.

Телега приурочена к переизданию романа нобелевского лаурета, американской писательницы Тони Моррисон "Возлюбленная" в переводе И.А. Тогоевой. Телега у меня будет двучастная. Первая часть - про нобелиата, вторая - про переводчика.

Оригинал

Если полистать рецензии на этот роман в сети, легко заметить уклон в сторону славословия в адрес нобелиата. Ее при жизни возвели на пьедестал.Роман "Возлюбленная", который вышел в 1987 году, был награжден Пулитцеровской премией, не выиграл национальную книжную премию NBR  в том же году и, разумеется, сыграл ключевую роль в присуждении Моррисон Нобелевской премии в  1993. Я этих славословий совсем не разделяю и вот почему.

Когда я узнал о переиздании русского перевода романа, который вышел в серии Библиотека Иностранной литературы", прочитал в одной их аннотаций - издание выходит в отличном переводе Ирины Тогоевой. Тут у меня что-то засвербило и я стал вспоминать, как десять лет назад неасилил эту книжку, котора показалась мне довольно унылой и предсказуемой. Ну, хорошо, а что там с оригиналом - может там все получше, подумал я и решил прочитать оригинал, заглядываю в неполюбившийся мне перевод.

В оригинале книжка оказалась зело посконной и домотканной. Атлантическая работорговля африканцами, вывезенными в Америку в качестве рабов, история,конечно, непостижимая. 60 миллионов уханькали ни за что ни про что, да и то говорят, что реальной цифры никто не знает. Эта позорная страница американской истории послужила фундаментом для построения того, что с 1978 года называют white guilt (вина белых). Борьба потомков африканских рабов за место под солнцем в Америке не закончилась победой Севера в Гражданской Войне и формальной отменой сегрегации уже в ХХ веке. Афроамериканцы, которых до недавнего времени звали черными, цветными, неграми, продолжают выжимать из сбитого с толку американского общества все новые и новые дивиденды от white guilt. Иногда даже случаютcя конфузы, когда белые активисты выдают себя за черных. Мне вся эта боротьба совсем не близка и кажется какой-то то сиюминутной, по сравнению с трехтысячелетней историей рассеяного богоизбранного народа. Меня это просто не трогает, а поскольку эмоциональному шантажу я не поддаюсь, я хорошо вижу оборотную сторону медали White Guilt, она называется  Black Arrogance. Иногда даже  высокомерие афоамериканцев работает на них, например гениальный баскетболист Стефф Карри покорил белую Америку, оставаясь черным на корте именно своим высокомерием. Поскольку в Америку я перезжать не собираюсь - кому нужен! - я могу спокойно не принимать всю эту бодягу близко к сердцу.

Однако в 1987 году и в предшествующие ему годы, когда Моррисон писала свой роман все это было на гребне волны, отсюдо и восторженный прием и все ее наследие. Мне кажется, что роман просто утратил акутальность для зарубежного читателя. Посмотрите на стереотипы американских фильмов и сериалов - начальник может быть любого цвета, если он черный. Вырвавшиеся из гетто в первом или уже не в первом поколении, получившие образование афроамериканцы рано или поздно сталкиваются с собратьями по цвету кожи со дна общества. Это все уже приелось, честно говоря, тем более, что латиносов еще больше, да и white trash заметно подтянулся. Как они собираются убедить белых искупить грех работорговли, я не понимаю. Вот сама Моррисон, получая в 1988 году сказала, что во всей Америке, насколько ей известно нет ни одного мемориала погрибшим африканским рабам, так пусть хоть книжка будет. После этого началось движение по установке мемориальных скамеечек (скамеечек, Клара!) в память об убиенных.

Одним словом, эта Гекуба мне не близка. Что касается литературных достоинств этого романа, то мне кажется, что этот niggar yarn создает неограниченные возможности для наращивания листажа. Нелинейный нарратив только усугбляет эти длинноты. Большая часть текста состоит из длинных монологов главных героев, которые говорят на nigger speak, но и это было мало познавательно, в принципе это такой среднестатистический жаргон, который Моррисон всосала в своей рабочей семье, которая очень трепетно относилась к афромериканскому наследию. Конечно, в романе есть трагический сюжет, основанный на реальном прототипе, борьба и развитие характеров, экзистенциальные вопросы выбора между свободой и смертью, но я остался равнодушен, это было техническое чтение.

Перевод

Сличение перевода с оригиналом принесло гораздо больше веселых минут. Сразу скажу, что тот, кто назвал перевод Ирины Тогоевой отличным, оригинала точно не читал. Кроме большого количества просмотров, опущений, пропущенных реалий, главная моя претензия к этому переводу в том, что в переводе этот роман ни разу не черный. Переводчица отказалась решать целый ряд важнейших стилистических задач, которые встают перед переводчиком, который желает передать пульсацию и нерв оригинала. Весь перевод написан на гладеньком правильном школьном русском языке, включая монологи главных героев. Энергия nigger speak утрачена. Более того, во второй части романа есть такой модернистский кусок, когда три главные героини выяснют мистические основания своей встречи и в этой части их монологи не снабжены знаками препинания. В переводе эти знаки препинания старательно расставлены, хотя и не везде. Но это уже к редактору наверное.

Из большИх просмотров отмечу трагическую сцену орального изнасилования рабов мужчин надсмотрщиками. Переводчица то ли не поняла, что происходит, то ли из чувства стыдливости описала эту сцену так, что вообще невозможно понять, что происходит. Ну, и всякие забавные ляпы, например, runny eggs - это ни разу не яичница-болтунья, и макать в нее хлеб бессмысленно. Или talking sheets - это ни разу не "репортеры грязных газетенок", а ку-клукс-клановцы. Не распознать такую важную реалию в романе про американский юг - это просмотр.

Одним словом, если кому-то этот роман важен, я щетаю - надо перепереводить. И в 2005 году все это было, а теперь-то вообще - по каждому значительному произведению такой справочный материал в открытом доступе, и Cliff Notes разъясняет каждую реалию. Переводи - не хочу.

Ну, и фильм по роману с Опрой Уинфри в главной роли  тоже смотреть не буду.

Прогон телеги окончен.
vbelenkovich: (Default)
Омайгуднес, я думал меня порвет как хомячка, пока досмотрю этот шедевр и смогу уже поделиться.

Я, конечно, мало кого ругаю, но это, я вам скажу, это гениально! Это вот на уровне все бросить и смотреть.

При всем при этом, сериал я обнаружил совершенно  случайно на одном из почти легальных сервисов (я, по крайней мере, за него деньги запалатил, не уверен, что правообладатели получили что-то за это), хотя про создателя этого сериала я узнал раньше, потому что друг моего босоногого еврейского детства и многолетний партнер по преферансу, проживающий ныне в городе Бостоне, назовем его АД, или даже ААД, прожужжал мне все уши про такого замечательного комика Луиса Си.Кей. (Louis C.K.). Я вообще-то stand-up comedy очень мало слушаю, только какие-то выдающиеся номера, как, скажем, Сара Силверман в прямом эфире исполняет своему бойфренду Джимми Киммелу песню "I'm fucking Mat Damon", бэквокал - Мэт Дэймон. Сколько-то лет тому назад мой племянник А. толкал мне Джерри Зайнфелда, но тоже без большого успеха.

Так что, я посмотрел пару шоу Луиса СиКей, доступные на Ютубе, сказал что-то вежливое и готов был забыть про него. Но тут, на Нетфликсе я обнаружил сериал Lucky Louie (2006, 1 сезон, 13 эпизодов, включая один, так и не показанный) c  его участием, в котором в главной женской роли снялась также моя любиммая Памела Адлон, которую в роли Марси Ранкл не забудет никто из посмотревших сериал Калифорникейшн. 152 см сексуальности и взрывного актерского темперамента. Так что смотреть-то я этот сериал начал скорее из-за нее, но быстро понял, что Луис СиКей - совсем не рядовой стоячий комик. В 2010 году он перезапустил титульный сериал под названием Loui (2010- ) в формате, схожим с Зайнфелдом, где записи с его выступлений смонтированы с разыгранными сценками с участием других актеров, чаще комиков, от мало мне известных до Рики Жерве. И все это было уже гораздо смотрибельней, и я до сих пор помаленьку отсматриваю этот все еще продолжающийся сериал, который Луис продал немаленькой сети FX.

Но тут, тадам! случайно я обнаруживаю нечто под названием Horace and Pete, засовываю это в закладки и спустя только некоторое время понимаю, что это очередное произведение Луиса Сикея, причем весьма и весьма необычное. Первое, что надо про него сказать, что это так называемый веб-сериал, то есть выпущенный пока только на веб-сайте самого Луиса Сикея. Если создатели других веб-сериалов спят и видят, чтобы их продукт купила бы кабельная сеть, то Луис Сикей принципиально не хочет его пока продавать, потому что давно использует модель прямых продаж для другого своего контента. Но, одно дело - запись выступления одного стоячего комика, которая не стоит ничего, а другое - мультикам-съемки сериала в павильоне. Луис Сикей сказал, что съемка  каждого из 10 эпизодов стоила около полумиллиона долларов. Он, конечно, собирался снимать последующие эпизоды на деньги, вырученные от продажи предыдущих, но все это получилось не совсем так, как планировалось, так что ему пришлось влезать в долги, чтобы закончить сериал. Продается он прямо на его веб-сайте, причем узнали его поклонники об этом только в момент выкладывания первого эпизода. Буквально, Луис Сикей написал, что я вот тут сварганил что-то необычное и всего за 5 долларов вы можете узнать, что именно. Отказ от предварительного продвижения сериала был тоже принципиальным, поскольку он хотел неподготовленной и незамутненной свежести восприятия зрителями сериала at the face value.

В одной из двух главных ролей Луис Сикей снялся, разумеется, сам, а вот во второй главной роли снялся не хвост собачий, а Стив Бушеми, который хорошо распробовал возможности сериалов в главной роли в сериале Boardwalk Empire. В половине эпизодов снялась неувядающая Джессика Ланг, которая в свои 67 на экране все еще пышет сексуальным жаром, который заставляет взрослых мужчин фантазировать о ней. Кроме этих трех звезд в сериале снимались еще звезды поменьше, например Алан Алда в роли дяди Пита, причем эту роль Луис Сикей последовательно предлагал Джо Пеши, Джеку Николсону и Кристоферу Уокену, которые все отказались под разными предлогами. Луис Сикей был неуверен в выборе Алда, но после съемок признал, что Алда сделал гораздо больше и лучше, чем было в сценарии, определенно сделал роль своей. Я с этой оценкой согласен.

Множество прекрасных актеров сыграли в эпизодах, не связанных напрямую с основной темой сериала. Ни один не испортил.

Основная же тема - это больше, чем драма, трагедия семьи, которая вот уже сто лет владеет задрипанным баром в Бруклине, причем всегда им управляли братья Гораций и Питер - Horace and Pete. Луис Сикей сыграл Горация VIII, а Стив Бeшеми - Пита VIII. Трагедия - это не преувеличение, я взрыднул неоднократно, что со мной бывает крайне редко. Вообще, это скорее не сериал, а многосериный телевизионный спектакль. Очень много там от театра, включая выход на поклоны в последнем эпизоде (не выключайте, когда пойдут титры!). Одна из серий - это практически театральный монолог приглашенной актрисы Лоры Меткалф,  которую уже выдвинули на премию Эмми за эти 40 минут невероятного театрального перфоманса.

Отдельно надо сказать про заглавную песню, которая звучит в конце каждого эпизода и в качестве джинглов между сценами. Написал ее опять же не хрен собачий, а Пол Саймон. А знаете почему он ее написал? Да потому что Луис Сикей написал ему имейл с просьбой написать песню. Послал сценарии всех 10 эпизодов и потом они собрались на один день вместе и Пол fucking Саймон написал песню. Мало того, ему так понравилась вся затея, что он снялся в микроскопической роли пьяницы в последнем эпизоде. Это было очень смешно - те же, входит Пол Саймон.

Про сам сюжет и семейную ситорию писать не буду, итак я уже наспойлил тут вопреки желанию создателя, но если вы посмотрите и вам не понравится, напишите мне, я просто не могу поверить, что это может не понравиться, так там все здорово!
vbelenkovich: (Default)
Слушьте, а вы еще не посмотрели этот новый минисериал?

Очень стоящий. Там история такая.

Персонажи эти позаимствованы у писателя Joe R. Lansdale, которого относят к плеяде "new weird", но в отличе от умеренно чудных Майкла Шабона и Чайны Мельвиля, Лансдейл позволяет себе больше причуд и даже числится по разделу  Bizzaro (сходство с именем персонажа комиксов DC Comics намеренное). Кроме этого есть у него еще трилогия про пылающие цеппелины, которую относят к стимпанку. Многосторонний одним словом писака. Честно признаюсь, что я еще ни одной его книжки не прочитал, хотя в своей файловой помойке нашел немало.

Серия его романов про двух друзей - один белый стрейт бывший хиппи, призывник-отказник Хэп, другой черный гей вьетнамский ветеран Леонард - вдохновила создателей сериала Ника Дамичи и Джима Микла, которые уже сделали один полнометражный фильм по роману Лансдэйла "Cold in July" (Холод в июле), в котором славабога сняли Майкла "Декстера" Холла, Сэма "Париж, Техас" Шеперда и Дона "Ковбой Мальборо" Джонсона. Тоже надо посмотреть обязательно.

Я пока не знаю, в каком из романов описываются события первого сезона  Hap & Leonard, но он смотрится прекрасно и сам по себе. Это такой глубокий юг, 1988 год, осмысление наследия 60-х. В главных ролях снялись тоже не хвосты собачьи. Хэпа играет James Purefoy,  которого я запомнил по сериалу Following, где он играет предводителя культа и серийного убийцу Джоуи Кэролла, а Леонарда играет Michael K. Williams, "Мелок" из Boardwalk Empire. Актерский дуэт просто выдающийся. Весь остальной состав тоже не подвел. Безумно меня раздражала только Кристина Хендрикс, которую вы, вероятно, знаете по сериалу Mad Men (я не смох), актриса с очень большой грудью, которая очень мешает ей играть.

В общем-то, это period drama с элементами секса и насилия, ну и язык очень матерный, если кому поучиться. Отдельно доставляет парочка влюбленных садистов-убийц в исполнении Джимми Симпсона и шотландской модели Полианны МакИнтош (фамилия подлинная), будто новая реинкарнация Вуди Харельсона и Джульет Льюис в понятно каком фильме Оливера Стоуна.

Лансдейла почитаю, отдельно доложу.
vbelenkovich: (Default)
Смешно так получилось.
Сидит ДедаВова и думает, болеть мне вирусом или ну его, вот мне тут ингалятор подсунули в клинике, дак может все же поингалироваться, да шалфею заварить, вопщем разнежился, и ту вдруг - хуяк! - ДедуВове привозят три куба дров, на, ДедаВова, топи камин всю зиму на здоровье.

Ну, и все, пришлось про ингалятор забыть, брать ноги в руки и строить поленницу на три куба, с переноской на 15 метров от пожарного выхода в дровяник. В деревне в субботу помощи не дозовешься, кто пьян, а кто курей щупает.

Объем работ в начале работ



Объем работ в конце работ



Лечебная физкультура, матьеёети.
vbelenkovich: (Default)
В NBA  сезон в разгаре, 15 туров уж отыграли, а я вам еще ни одной сплетни не рассказал.
К сожалению, среди моих френдов, что тут, что в ФБ, никто за ббол не впрягается, поэтому писать регулярные отчеты лень, но иногда все же забирает. Вот сегодня ночью не спал, лечил занывший зуб, так заодно уже и посмотрел игру Los Angeles Lakers с Oklahoma City Thunder.

У меня подписка на NBA TV, так что практически каждый день можно что-то выбрать. Цены, кстати, очень доступные. За 8 игр по выбору в месяц всего 5 долларов.

Кроме зуба у меня было еще три причины смотреть именно этот матч.

Первая - в Lakers перешел Тимофей Мозгов, единственный российский баскетболист в NBA. После ухода Коби Брайанта команда создается практически заново, первый сезон тренером работает Люк Уолтон, еще в прошлом сезоне он был ассистентом  у Стивена Керра в Golden Gates Warrior, то есть впервые он стал главным трененром в NBA. Набрали ребят таких молодых, что тридцатилетний Тимоша Мозгов выглядит дядькой и ведет себя очень солидно, не как забитая овца (ну, внешность у него такая, несмотря на 2,16). Старт у команды получился вполне приличным, до этой игры  50% побед. Начали поговаривать, что они могут попасть в плейоф, что для новой команды было бы отличным достижением.

Вторая - из Оклахомы ушел Кевин Дюран, в тени которого никак не мог расцвести Рассел Вестбрук, один из самых универсальных игроков в NBA (второй по количеству трипл-даблов за карьеру среди действующих игроков после Леброна Джеймса и восьмой за всю историю). Их отношения были прекрасным примером дружбы-вражды, в паре они побили кучу рекордов для пары игроков (например, единственная пара в истории NBA, которая набирала в однйо игре по 40 очков каждый (4 раза они это делали), и всем было интересно, что остается от пары Дюран-Вестбрук, если вычесть Дюрана. Вестбрук, конечно псих ненормальный, но после ухода Дюрана не слился и начало сезона выдал превосходное, 31.6 очков, 10.6 передач и 9.5 передач за игру. Средние показатели за сезон в районе трипл-дабла - это выдающийся результат.

Третья - в Оклахоме ипервый сезон играет Домантас Сабонис, двадцатилетний сын Арвидаса Сабониса, которого знают даже те, кто не видел ни одной игры. Мальчик немного не дорос до папы, "всего" 2,11. я егов уже видел в паре игр, пока играет неровно, на задатки папины, первый дабл-дабл уже сделал.

Сразу скажу, что Лейкерс выиграли всего одно очко и могли проиграть. В начале четвертой четверти уверенно вели через десяток, но тут проснулся Рассел Вестбрук, который дремал всю игру, и забил 15 очков подряд (всего 34), ему не могли помешать противники и не могла помочь своя команда, он просто не мог промахнуться. В результате получилась нервная концовка, но выигрывающий бросок с сиреной (buzzer beater) Вестбрук не забил, промазал. Тимоша выглядел очень хорошо, забил 16 очков, показал пару эффектных пикенролов с данком, один алеуп, поставил парочку горшков, одним словом, не зря его Уолтон ставит в основу с начала сезона. Однако же, в единоборствах один-на-один с Вестбруком Тимоше было тяжело. В одном из эпизодов он выпрыгивал перед атакующим Вестбруком перед кольцом, при этом в замедленном повторе было видно, как Вестбрук, который ниже Тимоши на 25 см, взлетает заметно выше его поднятых рук и бросает практически без помех. Под кольцами Тим достойно бился с центровыми Оклахомы -  австралийцем Адамсом и турком Кантером. Мне кажется, что это будет лучший сезон Тимофея в NBA.

Завтра в это же время Лейкерс играют с Уорриорз. По любому надо смотреть. Если будет интересно, напишу. Это, кстати, малоизвестный факт, что в NBA бывает довольно много скучных игр, особенно в конце регулярного сезона, когда один из участников уже попал в плейофф, а другой уже не попал. Но пока начало сезона, и все на что-то надеются.

April 2017

S M T W T F S
       1
2345678
91011121314 15
1617181920 2122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 21st, 2017 10:28 am
Powered by Dreamwidth Studios